Предлагается к обсуждению


Для отчета

Вячеслав Леонидович СКЕРИС,
Президент Независимой ассоциации
социальных исследований

ЗА КАКИМ СОЦИАЛИЗМОМ БУДУЩЕЕ?
Концепция социализма ХХI века

Советская концепция социализма оказалась несостоятельной. Проблема же разработки более совершенной альтернативы всё еще остается актуальной.

Основоположники коммунистического движения Карл Маркс и Фридрих Энгельс своим вышедшем в свет в 1848 году «Манифестом Коммунистической партии» подняли знамя борьбы человечества за справедливое общество.
Спустя семь десятилетий вождь мирового пролетариата Владимир Ильич Ленин водрузил это знамя над одной шестой частью суши.
Однако всего через три четверти века мир стал свидетелем исторического парадокса: разделяющие социалистические ценности массы сначала поддержали «перестройку» построенного в боях «реального» социализма, а затем, вопреки законам исторического материализма, «улучшенный» перестройкой «социализм» при той же массовой поддержке мирно уступил своему формационному предшественнику – капитализму.
Сегодня мы сталкиваемся с новым парадоксом: в то время как большинство граждан страны разделяет социалистические идеалы социальной справедливости, социальной солидарности и высоких социальных гарантий (Россия – страна левая!), за социалистически ориентированных коммунистов на всех выборах голосует не большинство, не половина, а скромное меньшинство – порядка десятой части списочного состава избирателей.
Получается, что то ли народ не тот, то ли не верна формационная теория социального прогресса, то ли коммунисты предлагают людям не тот социализм.
Поскольку народ в своих устремлениях ошибаться не может, а формационная теория неопровержима, корень этих парадоксов остается искать в ошибочном представлении о социализме советских и нынешних коммунистов.
Классики марксизма-ленинизма, к сожалению, целостной теории социализма, подобно той, которая была ими создана в отношении капитализма, нам не оставили.
Советская же общественная наука в создании такой теории ограничилась обусловленной внешними угрозами мобилизационной концепцией, базирующейся на следующих постулатах:
— социализм есть первая (низшая) фаза коммунистической общественно-экономической формации, в которой исключается эксплуатация человека человеком и осуществляется принцип «от каждого – по способностям, каждому – по труду»;
— экономическую основу социализма составляют общественная собственность на средства производства и централизованно управляемое плановое народное хозяйство, задачей которого является повышение благосостояния народа и всестороннее развитие каждого члена общества;
— политическую основу социализма составляет власть трудящихся в форме Советов их депутатов при руководящей роли рабочего класса во главе с марксистско-ленинской партией.
Однако построенное на этой основе советское общество при всех своих несомненных социальных, научных, экономических и военных достижениях за годы своего существования не только не решило главной экономической задачи нового строя – не продемонстрировало превосходства над капитализмом в производительности труда, качестве продукции и жизни граждан, но и своими многочисленными негативами породило у людей его отторжение.

О современной трактовке социализма
Скажем честно: большинство наших граждан до сих пор воспринимают социализм только в форме бывшего советского строя. Как высказался один из сегодняшних избирателей, он не голосует за коммунистов только потому, что не желает возврата в эпоху пустых прилавков, талонов и дефицитов.
В коммунистической же среде циркулируют две концепции социализма.
Одной придерживается КПРФ, которая «понимает социализм как свободное от эксплуатации человека человеком общество, базирующееся на общественной собственности и распределяющее жизненные блага по количеству, качеству и результатам труда. Это общество высокой производительности труда и эффективности производства, достигаемых на основе научного планирования и управления, применения наукоемких и ресурсосберегающих технологий. Это общество подлинного народовластия и развитой духовной культуры, стимулирующее творческую активность личности и самоуправление трудящихся. Человек станет главной целью и фактором общественного развития» и «убеждена: спасение Отечества – только в возрождении советского строя».
Нетрудно видеть, что вопреки провозглашенной в преамбуле своей Программы «стратегической цели партии – построения в России обновленного социализма, социализма XXI века», партия предлагает обществу всё ту же советскую Акулину только в несколько ином сарафане – тот же советский строй, ту же общественную собственность, то же планирование и управление, только не с властью трудящихся, а с народовластием, и без упоминания главенствующей роли марксистско-ленинской партии.
С теми или иными незначительными вариациями такую же концепцию исповедуют и все другие компартии.
Другую пропагандируют А.А. Ковалев, В.С. Петрухин и В.И. Корняков.
Первый понимает социализм как «общество с властью трудового народа и господством общественной собственности на средства производства, с присвоением ее трудящимися и распределением результатов труда главным образом по принципу «от каждого – по способностям, каждому – по труду» на основе самоуправления непосредственно трудовыми коллективами и опосредованно – через органы государственного управления с целью постоянного роста благосостояния людей и свободного всестороннего развития всех и каждого члена общества на основе непрерывного развития производства, планомерно организованного и централизованного управляемого с использованием товарно-денежных отношении и с постепенным преодолением «родимых пятен» прошлых эпох – обособленности производителей, рыночных отношений, разделения труда на физический и умственный и др.».
Здесь вроде бы всё то же господство общественной собственности на средства производства и та же планомерно организованная, централизованно управляемая экономика, но с такими «новациями», которые от того и другого не оставляют камня на камне.
Так, «присвоение общественной собственности трудящимися» и «самоуправление непосредственно трудовыми коллективами» фактически превращают общественную собственность в частную собственность трудовых коллективов и придают предприятиям хозяйственную самостоятельность, что исключает как декларируемое господство общественной собственности, так и какое-либо централизованное планирование и управление.
При этом почему-то частная собственность трудовых коллективов именуется общественной, а противоречащее обобществлению средств производства и росту общественных фондов потребления присвоение общественной собственности трудовыми коллективами и порождаемый этим анархо-синдикализм – признаками нового, подлинного социализма!
Мы уже не говорим о том, что присвоение общественной собственности трудовыми коллективами ведет не к желаемому автором преодолению обособленности товаропроизводителей и рыночных отношений, а, наоборот, к их утверждению.
Что же касается упоминаемой им необходимости преодоления при социализме «разделения труда на умственный и физический», то при социализме речь, наверное, должна идти не об этом, а о последовательной автоматизации рутинного труда, будь он хоть умственным, хоть физическим.
Наконец, в его формулировке, как, впрочем, и в советской, отсутствуют такие обязательные для социализма, привлекательные для людей ценности (черты), как разумность организации всех жизненных сфер, повсеместное воплощение социальной справедливости, товарищеской солидарности, демократии, высочайшей культуры и нравственности, равенство для всех жизненных возможностей, высочайшие социальные гарантии – бесплатность социального жилья, образования, медицинского обслуживания, других первостепенных жизненных благ, всеобщая трудовая занятость, достойность вознаграждения труда и пенсионного обеспечения нетрудоспособных, признание общественно полезным родительского труда по рождению и воспитанию детей и честного, исключающего эксплуатацию работников предпринимательского труда, создание наилучших условий для жизни и всестороннего развития каждой личности, без чего социализм не может быть ни понятным, ни привлекательным.
В.С. Петрухин именует социализм некой «общественной персонализированной системой», а обладание работниками долей в общественной собственности и посредством этого их участие в прибыли является, по его мнению, главным отличительным признаком социализма.
С этим в целом солидаризируется и В.И. Корняков, утверждая, что повышение производительности труда возможно только при «индивидуальной собственности работников при их общем владении средствами производства».
Фактически же эти толкования социализма ставят марксизм с ног на голову: подменяют благородные, притягательные для всех честных людей его цели (устранение раз и навсегда всех форм социального неравенства, эксплуатации и угнетения человека, создание наилучших условий для его жизни, всестороннего развития и приложения на благо общества дарованных ему природой способностей) кажущимися кому-то единственно возможными способами их воплощения – господством общественной собственности на средства производства, установлением централизованного планирования и управления, исключением частной собственности, частного предпринимательства и рыночных отношений, советской формой власти и даже присвоением («персонализацией») общественного достояния трудовыми коллективами и их самоуправлением.
К сожалению, по поводу абсурдной, крайне деструктивной, противоречащей социалистическим принципам вознаграждения по труду и обеспечения социальных гарантий из общественных фондов модели «персонализации общественной собственности» В.С. Петрухина «ЭФГ» занимает половинчатую позицию: в своем комментарии к его статье «Есть от чего в отчаяние прийти» (№ 21/2012) она, с одной стороны, приводит фактически убийственные для этой модели аргументы (недопустимость разбазаривания общественных фондов потребления и печальный опыт наделения работников акциями их предприятий в ходе ельцинской приватизации), а с другой, отмечает некое «серьезное положительное и рациональное ее содержание», относит ее к «одной из самых целостных и законченных моделей, существующих на данный момент по данной тематике» и даже полагает ее «допустимой технологией выхода из той ситуации, в которой страна находится в настоящее время».
Марксизм различает две формы справедливого общества – социализм и коммунизм, однако, вопреки канонам собственной формационной теории, почему-то относит их не к разным формациям, а к двум фазам одной коммунистической формации.
Формационная теория, как известно, различает общественно-экономические формации по господствующему в них способу производства, типу производственных (трудовых) отношений и принципу распределения жизненных благ.
Поскольку же социализм и коммунизм различаются способом производства (при социализме наряду с машинным используется живой рутинный труд, а при коммунизме – только машинный труд), типом трудовых (производственных) отношений (при социализме они базируются на обязательности труда и равноправии участников производства, а при коммунизме – на сознательном, добровольном творческом труде) и принципом распределения жизненных благ (при социализме действует принцип «от каждого – по способностям, каждому – по труду» при достойном социальном обеспечении нетрудоспособных, а при коммунизме – принцип «от каждого – по способностям, каждому – по разумным потребностям»), логичнее рассматривать их как две самостоятельные формации.
При этом социализм должен выступать идеалом организации реального, неизобильного современного справедливого общества, а коммунизм – будущим абсолютным идеалом справедливого общества, в котором на основе достигнутого изобилия производства материальных жизненных благ устраняется остающаяся при социализме последняя несправедливость – зависимость получаемых каждым жизненных благ от количества, качества и общественной значимости его труда.
В свете изложенного под социализмом следует понимать в высшей степени справедливое, разумно устроенное реальное современное общество, в котором:
— исключаются любые формы угнетения и эксплуатации человека;
— каждому обеспечиваются наилучшие условия для жизни, труда и всестороннего развития;
— во всех жизненных сферах торжествуют социальная справедливость, подлинная демократия, разум, социальная солидарность, высочайшие культура и нравственность, уважение к закону, правам и свободам личности и неразрывным с ними ее гражданским обязанностям;
— каждому гарантируются социальный кров, образование, медицинское обслуживание, профессиональная подготовка и труд по способностям и наклонностям при полной свободе получения дополнительных благ за свой счет;
— достойно вознаграждаются все формы общественно полезного труда, в том числе добросовестный, без эксплуатации чужого труда предпринимательский труд и труд родителей по рождению и воспитанию достойных членов общества;
— обеспечивается достойное социальное обеспечение при нетрудоспособности (детям, инвалидам и престарелым) и нетрудоустроенности;
— обеспечивается здоровый образ жизни, общественная, военная, экологическая безопасность, защита всех форм общественной и благоприобретенной частной собственности;
— в целях наилучшего воплощения каждой из своих ценностей, достижения наивысшей продуктивности общественного труда и наивысшего качества жизни граждан используются любые известные миру продуктивные способы и механизмы, каждый из которых используется там и тогда, где и когда он обеспечивает наилучшее решение стоящих перед обществом задач.
Легко заметить, что в данной формулировке, в отличие от всех существующих, приводятся только основополагающие социалистические ценности без какого-либо намека на конкретные способы и механизмы их практического воплощения, что соответствует предупреждению классиков о зависимости последних от исторических условий, способствует более притягательному восприятию социализма массами, снимает разногласия в толковании социализма разными отрядами коммунистов и создает благоприятную почву для объединения их усилий в части выработки единых подходов к формам, способам и механизмам наилучшего воплощения каждой из свойственных социализму ценностей.
В свете изложенных ценностей социализм может и должен рассматриваться в качестве эталона социального государства, что позволяет совместить борьбу за социализм с борьбой за построение оговоренного в Конституции социального государства и таким образом обеспечить коренной перелом в отношении масс к ценностям и целям коммунистов и, соответственно, в их поддержке на всех выборах.
Кроме того, в своей пропаганде социализма и своих целей коммунисты должны максимально использовать все согласующиеся с социализмом нормы международных деклараций, и прежде всего следующие социалистические положения принятой ООН более полувека назад Всеобщей декларации прав человека:
«Статья 1. Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства.
Ст. 2. Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия.
Ст. 3. Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность.
Ст. 4. Никто не должен содержаться в рабстве или в подневольном состоянии.
Ст. 6. Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности.
Ст. 7. Все люди равны перед законом и имеют право, без всякого различия, на равную защиту закона. Все люди имеют право на равную защиту от какой бы то ни было дискриминации.
Ст. 10. Каждый человек для определения его прав и обязанностей и для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на основе полного равенства на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом.
Ст. 16. Семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства.
Ст. 17. 1. Каждый человек имеет право владеть имуществом как единолично, так и совместно с другими.
2. Никто не должен быть произвольно лишен своего имущества.
Ст. 21. Каждый человек имеет право принимать участие в управлении своей страной непосредственно или через посредство свободно избранных представителей.
Ст. 22. Каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях.
Ст. 23. 1. Каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы.
2. Каждый человек без какой-либо дискриминации имеет право на равную оплату за равный труд.
3. Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения.
Ст. 24. Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск.
Ст. 25. 1. Каждый человек имеет право на такой уровень жизни, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию.
2. Материнство и младенчество дают право на особое попечение и помощь. Все дети, родившиеся в браке или вне брака, должны пользоваться одинаковой социальной защитой.
Ст. 26. Каждый человек имеет право на образование. Образование должно быть бесплатным по меньшей мере в том, что касается начального и общего образования. Начальное образование должно быть обязательным. Техническое и профессиональное образование должно быть общедоступным, высшее образование должно быть одинаково доступным для всех на основе способностей каждого.
Ст. 28. Каждый человек имеет право на социальный и международный порядок, при котором права и свободы, изложенные в настоящей Декларации, могут быть полностью осуществлены.
Ст. 29. 1. Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности.
2. При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.
Ст. 30. Ничто в настоящей Декларации не может быть истолковано как предоставление какому-либо государству, группе лиц или отдельным лицам права заниматься деятельностью или совершать действия, направленные к уничтожению прав и свобод, изложенных в настоящей Декларации».

О социалистических трудовых (производственных) отношениях
Феодализм юридически (законодательно) упразднил рабовладение и утвердил более продуктивные крепостнические трудовые отношения. Пришедший ему на смену капитализм юридически (законодательно) упразднил крепостнические отношения, утвердил социальное равноправие и более продуктивные наемные трудовые отношения.
Точно так же идущий на смену капитализму социализм юридически (законодательно) должен утвердить еще более продуктивные, исключающие свойственную наемным отношениям эксплуатацию чужого труда социалистические трудовые отношения. И это обстоятельство для социализма является самым принципиальным, формационным вопросом, без решения которого о победе нового строя не может быть и речи.
В СССР же проблема разработки свойственных социализму трудовых отношений не только не разрабатывалась, но даже и не ставилась. Вместо этого были сохранены наемные трудовые отношения с заменой частного работодателя государством, выведены за рамки закона частная собственность, частное предпринимательство и рыночные механизмы, а конкуренция (кроме оборонных отраслей, где она оставалась и давала весомые результаты) заменена бесплодным формально-бюрократическим «социалистическим соревнованием». Словом, борьба с эксплуатацией чужого труда оказалась подмененной борьбой с частной собственностью на средства производства.
И надо признать, что большинство коммунистов до сих пор видят только один способ избавления от эксплуатации (ограбления) человека труда – изменение формы собственности на средства производства.
При этом в отношении к частной собственности это большинство слепо руководствуется высказыванием Маркса и Энгельса в их «Манифесте коммунистической партии», что «коммунисты могут выразить свою теорию одним положением: уничтожение частной собственности».
Хотя в «Манифесте» данная фраза начинается со слов «В этом смысле…», который определяется сделанным несколькими строками выше замечанием, что «отличительной чертой коммунизма (читай – социализма) является не отмена собственности вообще, а отмена буржуазной собственности», и сделанным чуть позже уточнением, что «коммунизм (читай – социализм) ни у кого не отнимает возможности присвоения общественных продуктов, он отнимает лишь возможность посредством этого присвоения порабощать чужой труд».
Не обращается внимания и на то, что спустя всего лишь 16 лет в «Учредительном манифесте международного товарищества рабочих» Маркс уже делает акцент на необходимости развития кооперации, а в 1871 году в работе «Гражданская война во Франции» пишет, что «кооперативное производство не должно оставаться пустым звуком или обманом, если оно должно вытеснить капиталистическую систему, если объединенные кооперативные товарищества организуют производство по общему принципу… Не будет ли это, спрашиваем мы вас, милостивые государи, коммунизмом… (читай – социализмом)?»
И это, заметим, при том, что кооперативы являются не общественными, не государственными предприятиями, а одной из форм частных предприятий – предприятиями с частной собственностью на средства производства трудового коллектива (по сути, подвидом ЗАО работников), вследствие чего кооперативное производство может быть организовано не по общему плану, а только по общему принципу! Так что на самом деле марксизм против не частной собственности и частного предпринимательства как таковых, а лишь против их использования для эксплуатации (ограбления) чужого труда.
А это значит, что социалистический принцип «от каждого – по способностям, каждому – по труду» должен распространяться на все виды общественно полезного труда, в том числе и на труд предпринимательский по созданию новых предприятий и производству нужной обществу продукции. То есть при условии общественной полезности производства, неграбительского происхождения начального капитала и исключения эксплуатации чужого труда частной собственности и частного предпринимательства при социализме может быть сколько угодно!
Наши же борцы за социализм вместо поиска правовых инструментов исключения эксплуатации при любой форме собственности на средства производства видят решение проблемы либо в исключении частной собственности и переходе к всеобщему наемному труду на государство, либо в наделении собственностью на средства производства трудовых коллективов.
То есть, не сумев решить проблему изменения формы трудовых отношений при любой форме собственности на средства производства, коммунисты решали и решают проблему только посредством изменения формы собственности на средства производства.
При этом не обращается внимания на то, что эксплуатация наемного труда при капитализме обусловлена отнюдь не частной собственностью на средства производства, не частным предпринимательством, не рынком, а ущербностью используемой модели наемных трудовых отношений, которая утверждает правовое неравенство участников производства, приравнивает рабочую силу человека (наемного работника) не к вкладываемому им в производство человеческому трудовому капиталу, как это есть на самом деле, а к такому же приобретаемому по свободной рыночной цене товару, как рабочая сила неодушевленных средств производства.
Для сравнения заметим, что поборники капитализма тоже в упор не видят того, что модель наемных трудовых отношений нарушает такие ими же признаваемые священными принципы, как: принцип социального равенства граждан, в соответствии с которым ни сам человек, ни неотделимая от него человеческая рабочая сила не могут быть товаром, а участники производства должны рассматриваться не как работодатели и наемные работники, а как равноправные партнеры по общему бизнесу; принцип вознаграждения участников производства по вложенному в производство капиталу; принцип неприкосновенности частной собственности в отношении работников (в части присвоения предпринимателем их законной, как участников производства, доли в прибыли). В свете этого по отношению к закрепленным в законе принципам наемные трудовые отношения оказываются нелегитимными.
Любая спортивная игра, как известно, регламентируется не тем, в чьей собственности находится стадион, спортивный клуб или спортивная площадка, а ее правилами: в одних нельзя играть рукой, в других – ногой и т.д., за соблюдением которых отвечает судейский корпус! Точно так же социалистические трудовые отношения должны определяться не тем, в чьей собственности находятся средства производства, а исключающими эксплуатацию (ограбление) одними участниками производства других правилами (нормами) с государственным контролем их соблюдения.
Подобные трудовые отношения должны базироваться на следующих положениях (нормах, условиях):
1. Признание того, что в общем случае (кроме полностью автоматизированных и полностью ручных производств) любой конечный продукт формируется не только средствами производства и не только работниками, а лишь посредством их взаимодействия, в силу чего все участники производства (предприниматель, как собственник рабочей силы средств производства, и работники, как собственники человеческой рабочей силы) должны рассматриваться как добровольно объединившиеся ради общей выгоды равноправные партнеры (товарищи, компаньоны) по общему делу (бизнесу) с соответствующим исключением понятия «работодатель».
2. Признание того, что каждый участник производства обладает правом на денежное возмещение затрат своего труда (предприниматель – на возмещение стоимости затраченного при изготовлении конечного продукта труда принадлежащих ему средств производства, а каждый работник – на возмещение стоимости затраченного при этом своего живого труда) и на пропорциональную этим затратам долю в прибыли от реализации произведенного конечного продукта.
3. Признание того, что стоимость рутинного труда средств производства (и соответственно, стоящего за ними труда предпринимателя по созданию данного производства) оценивается стоимостью их амортизации (нормативными амортизационными отчислениями).
4. Признание того, что стоимость рутинного (стандартизованного) труда (заработная плата) каждого работника оценивается стоимостью выполненных им работ с учетом их нормативной продолжительности и устанавливаемых законом часовой стоимости простого труда, коэффициентов квалификационного уровня работ и коэффициентов отличий условий труда от нормальных за вычетом штрафных санкций за допущенный брак.
5. Признание того, что стоимость творческого (новаторского) труда определяется долей от получаемого в его результате эффекта, а стоимость импровизационного (управленческого) труда – должностной ставкой (за вычетом штрафа за упущения в работе) и соответствующей ей долей в прибыли.
6. Признание того, что каждый участник производства обладает равными с другими правами на участие в производственном управлении – на участие в принятии общих для производства решений, на определение условий своего (средств производства) труда и его вознаграждения, на участие в определении стоимости выполняемых работ и на свободу распоряжения своим доходом.
7. Признание того, что источником любого начального предпринимательского капитала (средств производства), независимо от того, кто является его (их) собственником (физическое лицо, сообщество акционеров, трудовой коллектив), могут быть только личные трудовые доходы или официальные заемные средства (кредиты).
8. Признание того, что за результаты деятельности предприятия и трудовую занятость работников несет ответственность его собственник и генеральные менеджеры, что в случае нерентабельности производства собственник должен пропорционально лишаться амортизационных отчислений, а работники – дивидендов, а в случае нереализации произведенной продукции собственник должен полностью лишаться амортизационных отчислений, а оплата труда всех работников ограничиваться минимальным размером оплаты труда.
9. Основанные на этих положениях трудовые отношения, в отличие от наемных, являются товарищескими (партнерскими, солидарными), приемлемыми для предприятий любой формы собственности: частных индивидуальных, частных акционерных, частных коллективных («народных», кооперативных) или государственных.
10. При таких отношениях имеет место предельная заинтересованность каждого участника производства в высоких результатах как своего труда, так и труда предприятия в целом, что обеспечивает достижение предельной производительности личного и общественного труда.
В свете этих положений любые модели исключения эксплуатации путем предания анафеме частного предпринимательства, смены собственника средств производства или наделения работников акциями предприятий за счет не своего труда (например, долевым разделом общественной собственности), чьему бы сердцу они милы ни были, следует рассматривать как некорректные, противоречащие социалистическому принципу вознаграждения по труду.

Вячеслав Леонидович СКЕРИС,
Президент Независимой ассоциации
социальных исследований

ЗА КАКИМ СОЦИАЛИЗМОМ БУДУЩЕЕ?
Концепция социализма ХХI века
(часть 2)

О структуре социалистической экономики и приемлемости для социализма рыночных отношений
Задачей социалистической экономики является, как известно, наилучшее (наиболее полное и устойчивое) удовлетворение потребностей страны и ее граждан. В советские времена полагалось, что ее наилучшим образом решает плановая модель. Ныне же всё большая часть социалистически ориентированных мыслителей справедливо отдает предпочтение смешанной, двухсекторной модели – симбиозу плановых и рыночных начал, государственного и частного предпринимательства, государственной и частной собственности. При этом к государственному, плановому сектору обычно относят все основные отрасли и предприятия народного хозяйства, а к частному, рыночному – сферу малого бизнеса.
Однако для достижения максимальной продуктивности социалистическая (как, впрочем, и любая) экономика должна сочетать эти секторы не волюнтаристски, а только самым оптимальным образом, с четкими, научно обоснованными критериями.
Для нахождения же такого оптимума необходимо исходить из того факта, что потребности, а вместе с ними и товары подразделяются на первичные и вторичные.
К первичным относятся товары первой жизненной необходимости для страны, ее граждан и предприятий.
Это продукты повседневного питания, крыша над головой, элементарные бытовые, образовательные, медицинские, санитарно-гигиенические, оздоровительные и культурологические услуги, услуги общественного и магистрального транспорта, различные виды домашней утвари, стандартизованных предметов домашнего обихода и жизнеобеспечивающих ресурсов (вода, тепло, электричество, автомобильное топливо, сырье для производств), средства обеспечения безопасности и общего жизнеобеспечения страны.
Свойственные этим товарам обязательность, систематичность и массовость потребления, относительная устойчивость потребительских качеств (потребительной стоимости), невозможность отказа от их потребления при любых ценах и хорошая прогнозируемость в них потребностей (в видах, штуках, метрах, тоннах и т.д.) по численности населения, нормам потребления, заявкам производств, нуждам страны и т.д. создают благоприятные условия для натурального (предметного) текущего и перспективного централизованного планирования их производства и распределения по всем регионам страны.
При этом недопустимость отлучения от их потребления какой-либо части потребителей обусловливает независимость спроса на них от цены, то есть его неэластичность, что является принципиальным препятствием для применения к ним рыночного механизма регулирования спроса ценой и возложения задачи и ответственности за удовлетворение в них потребности на озабоченный только наращиванием собственной прибыли частный сектор.
Кроме того, в силу свойственного большинству этих товаров постоянства потребительной стоимости отсутствуют основания для роста на них цен (последние за счет конкуренции и роста производительности труда могут только снижаться), а в силу того, что от цен на них зависит стоимость труда и цены на все другие товары, цены на них должны быть предметом особого внимания государства.
Поэтому в любой разумной экономике прерогатива в удовлетворении в них потребности должна принадлежать государству с допущением частной инициативы только в дополнение к тому, что гарантированно обеспечивается государством.
Что же касается вторичных потребностей – потребностей в бытовой и производственной технике, автотранспорте, модной одежде, обуви, мебели, произведениях литературы и искусства, парфюмерии, ювелирных украшениях, объектах, предметах и услугах элитарного потребления, деликатесах, уникальных и иных товарах не первой жизненной необходимости, то здесь ситуация совершенно иная.
Во-первых, в силу того, что спрос на них, поскольку, в отличие от товаров первой необходимости, их потребление может быть отложено, является эластичным, что делает приемлемым для них рыночное регулирование спроса ценой.
Во-вторых, у этих товаров, в отличие от первичных, потребительские качества вариативны, а появление вследствие научно-технического прогресса новых образцов и спроса на них непредсказуемо.
Поэтому сколько-нибудь продуктивное применение в отношении этих товаров централизованного планирования производства и реализации невозможно в принципе, и в то же время по отношению к ним весьма продуктивны рыночные механизмы конкуренции и ценообразования по спросу и предложению, добросовестная конкуренция частных и государственных предприятий и конкурсное распределение государственных заказов.
При этом государственные предприятия за счет обобществления технологий (доступности новаций и достижений одних предприятий для всех остальных) будут обладать несомненными конкурентными преимуществами.
Из этого следует, что социалистическая экономика (за исключением мобилизационного режима) должна быть не плановой, не рыночной, а оптимальной, использующей плановые и рыночные механизмы, государственное и частное предпринимательство, государственное директивное, прейскурантное (по сортности) и свободное рыночное ценообразование там и тогда, где и когда это обеспечивает наилучшее решение стоящих перед обществом задач. Как говорил Дэн Сяопин, «не важно, какого цвета кошка, лишь бы она хорошо ловила мышей».
В свете изложенного становится очевидной ошибочность представлений сторонников плановой экономики, что будто бы при надлежащем развитии информационно-вычислительной техники можно спланировать всё и вся: если это вполне справедливо в отношении первичных товаров и потребностей, то в отношении вторичных товаров и потребностей, в силу непредсказуемости появления новых образцов, новых технологий и, соответственно, спроса, подобные надежды являются абсолютно утопическими.
Что же касается плановой экономики СССР, то, в сущности, это была используемая любой страной в чрезвычайных ситуациях (война, ее угроза, послевоенная разруха и т.д.) мобилизационная модель, которая за счет концентрации всех ресурсов в руках государства, их направления на решение стоящей пред обществом первостепенной задачи выживания и предельного ограничения удовлетворения индивидуальных потребностей граждан в подобных условиях является предельно продуктивной. В то же время, по мере спада чрезвычайности и роста потребностей граждан, в силу непродуктивности планирования по вторичным товарам, такая модель в отношении удовлетворения потребностей в этой группе товаров становится всё более непродуктивной и неконкурентоспособной.
Надо отметить, что изложенные положения, устанавливая сферы использования в оптимальной социалистической экономике государственного и частного предпринимательства, плановых и рыночных механизмов, общественной и частной собственности, придают однозначность понимания «господства общественной собственности на средства производства».
К этому можно добавить обеспечивающую управление экономикой государственную монополию на природные ресурсы, в кредитно-финансовой сфере, установлении курса национальной валюты, во внешней торговле, снабжении населения медикаментами, производстве и реализации алкогольно-табачной продукции и иных опасных для здоровья и жизни товаров.

Об обязательности для социализма советской формы власти
Советская форма власти базируется на следующих принципах:
1. Принцип «императивного мандата», выражающийся в наказах (принимаемых открытым голосованием избирателей на их предвыборной встрече с кандидатом ему поручениях), регулярных отчетах депутата перед избирателями и праве избирателей на его досрочный отзыв в случае утраты им их доверия.
2. Принцип «работающих корпораций», выражающийся в отрицании принципа разделения властей – в придании Советам законодательной и исполнительной функций, права формировать подотчетные им исполнительные комитеты, самостоятельно решать любой вопрос, относящийся к ведению исполнительного органа, и исполнять свои решения.
3. Принцип «непрофессиональной основы», выражающийся в работе депутатов не на постоянной основе, без отрыва от своей обычной производственной деятельности и оплате их труда на уровне средней зарплаты квалифицированного рабочего.
4. Принцип «демократического централизма», предполагающий сочетание демократических принципов выборности, сменяемости, подотчетности, инициативы, самоуправления, гласности и свободы критики с централизацией и дисциплиной – руководством из единого центра, учетом мнения меньшинства при выработке решения, но безусловным подчинением меньшинства большинству после принятия решения, обязательность решений вышестоящих органов для нижестоящих.
5. Принцип «общественной организации», выражающийся в придании Советам статуса института, объединяющего и представляющего трудящихся, группирующего вокруг себя общественные организации и инициативные группы населения (домкомы, женсоветы и пр.), на которые Советы опираются в работе и откуда получают пополнение.
6. Принцип развития народовластия, движения Советов к неполитической демократии – общественному, коммунистическому самоуправлению.
7. Принцип «диктатуры пролетариата» – классовый принцип формирования (до 1936 года классовые ограничения на участие в Советах и их выборах), отмененный Сталинской Конституцией 1937 года, которая утвердила «власть трудового народа» и в дальнейшем Конституцией СССР 1977 года, констатировавшей «общенародность государства».
8. Принцип многоступенчатого формирования – выборности депутатов Советов вышестоящего уровня не населением, а нижестоящими Советами (отменен Сталинской Конституцией СССР 1937 года).
9. Принцип руководящей роли в Советах Коммунистической партии (фактически партийной номенклатуры).
Утверждать, что такая форма власти является наиболее совершенной, наверное, опрометчиво.
Ведь при этом:
— как и в парламентах, реальная власть принадлежит не самому народу, а его выборным представителям, что далеко не одно и то же (как показывает практика, выборные лица, как правило, выражают и защищают интересы не своих избирателей, а свои собственные);
— отсутствует такая форма прямого народовластия, как референдум;
— выполнение депутатских функций «без отрыва от производства», создавая видимость близости депутатов народу, на деле лишает депутатский корпус профессионализма, возможности глубокой проработки депутатами решаемых этими органами вопросов, разработки ими юридически грамотных законодательных инициатив, участия в работе комитетов, парламентских комиссиях и парламентских слушаниях и в целом превращает депутатский корпус в машину для единогласного голосования (в СССР – за инициативы КПСС);
— совмещение Советами законодательных и исполнительных функций является кажущимся преодолением разделения властей, поскольку фактически формируемые Советами Исполкомы являются подотчетными им органами исполнительной власти;
— действующий в Советах (как и в парламентах) принцип подчинения меньшинства большинству означает при принятии любых решений диктатуру депутатского большинства и, соответственно, бесправие и бессмысленность существования оппозиционного ему депутатского меньшинства.
Такая форма власти вряд ли может быть продуктивной в условиях наличия множества партий и парламентских фракций.
Поэтому социализм не должен наследовать ни буржуазную, ни советскую формы власти, а, как и во всех других случаях, должен опираться на такую форму, которая лишена негативов этих форм и наилучшим образом воплощает диктатуру народа, разума и профессионализма.
Такая форма, в частности, должна предусматривать:
— проведение по всем значимым для общества вопросам выражающих верховную власть народа референдумов в сочетании с широким разъяснением избирателям сути выносимых на референдум проблем учеными и политическими партиями;
— разделение власти на представительную, исполнительную, судебную, надзорную и концептуальную с всенародным конкурсным избранием их глав;
— обязательность юридического оформления предвыборных обязательств кандидатов во власть, их участия в предвыборных публичных дебатах с конкурентами и периодической отчетности избранных лиц перед своими избирателями (их выборными контрольными общественными советами);
— проведение ежегодных референдумов доверия всем избранным лицам;
— предоставление депутатскому меньшинству права вынесения на референдум любых решений большинства (и других властных структур) и своих альтернатив им;
— профессиональное исполнение депутатских обязанностей при установлении порядка и размера оплаты труда и привилегий в Конституции страны;
— принятие всенародным референдумом не содержащей тысячи норм и положений Конституции страны, а «Государственной декларации страны», содержащей ее основные цели и ценности, которые в последующем должны воплощаться в Конституции, с принятием последней выборным Конституционным собранием;
— формирование представительной власти из нескольких палат: палаты индивидуально избираемых по конкурсу народных депутатов, палаты регионов (представителей региональных органов представительной власти), палаты национальностей и палаты специалистов (избираемых по отраслям знаний, народного хозяйства и категориям деятельности специалистов с пожизненным включением в ее состав «старейшин» – отставных высших руководителей страны), с приданием каждой из них права «вето» на любые принимаемые властями решения и вынесения разногласных решений и альтернатив им на всенародный референдум.

О конвергентной социальной модели
Говоря о современной концепции социализма, нельзя обойти вниманием весьма популярную концепцию социалистически-капиталистической (конвергентной) формации.
На I Международном политэкономическом конгрессе стран СНГ и Балтии известный экономист Георгий Николаевич Цаголов («ЭФГ» № 20/2012), полагая данную концепцию перспективной, заметил, что «реальная практика конвергенции началась с момента заимствования капитализмом некоторых черт и элементов планирования, увеличения расходов на социальные нужды и смягчения противоречий между рабочим классом и работодателями».
Вообще же родившаяся в середине прошлого века идея конвергентного общества базируется на отождествлении социализма с его советской интерпретацией – с наличием при социализме высоких социальных гарантий при непродуктивной по сравнению с рыночным капитализмом плановой экономике, а капитализма – с продуктивной рыночной экономикой при низком уровне социальных гарантий.
В действительности же сегодня речь должна идти не о конвергенции капитализма и социализма, не о механическом соединении лучшего из капитализма и социализма, а о трансформации капитализма в подлинный социализм («социализм ХХI века») в изложенном нами его понимании, который будет превосходить капитализм по всем статьям.
Исходя из изложенного, в целом же можно заключить, что до тех пор, пока коммунисты будут придерживаться советской трактовки социализма, предавать забвению его гораздо более совершенные современные концепции или брать на вооружение некорректные, далекие от духа марксизма его интерпретации, их борьба за доверие масс и социализм будет оставаться столь же бесплодной и бесперспективной, как и до сих пор.

Вячеслав Леонидович СКЕРИС,
Президент Независимой ассоциации
социальных исследований

Реклама

8 комментариев

  1. Гореликов Александр | Ответить

    Объемная статья,но короткий вывод сделан правильно.Нельзя упускать ошибки предыдущих поколений…

    Нравится

  2. Александр Чижиков | Ответить

    КПРФ нет никакого основания рассматривать в качестве коммунистической партии, она давно является частью «демократической» составляющей олигархической капиталистической системы России.

    Все осколки КПСС придерживаются советской трактовки социализма. Другого социализма они видеть и не могут, поскольку не знают и не понимают марксизма. Это, конечно, парадокс! Но факт, доказанный практикой пролетарского движения России и всего постсоветского пространства.

    Не вдаваясь в детали оценок, выдаваемых В.Л Скерисом, которыми он наделяет А.А.Ковалёва, В.С.Петрухина, В.И.Корнякова, следует сказать, что В.Л. Скерис абсолютно не владеет предметом, чем является МАРКСИЗМ — как наука и методология познания действительности. Не владея марксизмом невозможно вести независимые исследования, что собственно и не удаётся Скерису.

    А.А. Ковалёв не имеет концепции социализма, хотя и пишет материалы с таким названием, но утверждает, что в СССР был социализм и, что дальнейшее развитие советского социализма невозможно без укрепления и развития государства. Ковалёв -член Президиума ЦС РУСО. РУСО (российские учёные социалистической ориентации) обосновывают верность идеологических установок КПРФ.

    В.С.Петрухин, предлагая пролетариату России (да, всему мировому пролетариату) идею экономического персонализма, предлагает экономические, инженерные и методологические разработки Концепции социализма, позволяющие перейти на новую коммунистическую парадигму общественного развития.

    В.И.Корняков принципиальный единомышленник предложений В.С.Петрухина. Сам Корняков видит перспективы предлагаемого Петрухиным инженерного решения и дополняет своими размышлениями и разработками.

    Фонд «Центр марксистских исследований» поддерживает борьбу авангарда интернационального класса, устремлённого к экономической свободе, к народоправию, самоуправлению, на основе самоорганизации, к уничтожению наёмного труда и эксплуатации всех форм и видов, к условиям труда, в которых трудящийся человек будет присваивать результаты (денежный эквивалент) своего личного труда. Часть ополчения Новороссии выступает именно за это (Мозговой, Губарев)! Именно это можно достигнуть, руководствуясь марксизмом, его творчески развиваемыми положениями — разработками экономического персонализма.

    Нравится

  3. Солидарен с комментарием А.В. Чижикова. От себя добавлю следующее.
    Начало статьи В.Л. Скериса «Советская концепция социализма оказалась несостоятельной. Проблема же разработки более совершенной альтернативы всё еще остается актуальной» подкупает своей верной оценкой того, каким он виделся и что актуальность его видения не утрачена на сегодня. Однако, далее автор публикации, от того что не владеет марксистским подходом в оценке в понимании вещей и событий, дает неверное толкование сегодняшних концепций социализма. Им неверно понимаются отношения собственности, от того и неверно делаются утверждения, что же такое общественная собственность. Им не осознается краеугольный камень экономического персонализма, что собственность может быть общественной, если она общественно персонализированная, т.е. когда объектом собственности в одно и то же время владеют все и каждый. Доля же объекта общественной собственности, никуда не идет и не переходит — она остается во владение всех. И ничего здесь не приватизируется, так как денежный эквивалент доли общественной собственности нельзя использовать на личные нужды, а только в производстве, коллективном труде. Он (денежный эквивалент) не отчуждается (его нельзя ни пропить, ни потерять, ни продать, ни сдать в аренду, ни заложить, ни передать по наследству и т.п.) и наделяется каждому гражданину страны от рождения до смерти. Наделение каждого гражданина денежным эквивалентов национального достояния им (В.Л. Скерисом) же понимается, как деление объекта собственности на равные части, что приводит его к определению денежного эквивалента, как частная, или коллективная собственность, что есть чуждое социализму.
    Пойдем далее. Автором утверждается, что социализм — это от каждого по способности, каждому по труду. Что в принципе неверно. Экономическим персонализмом же утверждается, что социализм – это от каждого по умелости, квалификации, каждому по результатам труда. Заметьте, каждому не по труду, а по результатам труда. Ибо труд не имеет стоимости, хотя ее и создает, и определять стоимость труда — это все равно, что определять тяжесть тяжестью. И если невозможно определить стоимость труда, то он (труд) не может быть мерилом. Поэтому принцип – каждому по труду, в СССР и не работал. А вот, если каждому по результатам труда, то это легко определяется, что и делается в экономическом персонализме и чего не понял В.Л Скерис.
    Уместен здесь и вопрос формирования общественных фондов потребления, что является основным доказательством о построение социализма в СССР последователями КПСС и что определяется автором как советский социализм. Замечу сразу, что ничего бесплатного не бывает, все стоит определенных трудовых вложений и за это следует платить. И если у Вас бесплатное образование, медицина и прочее, дешевое жилье, коммунальные услуги, то за это все равно кто-то платит. Так вот, чтобы иметь все это бесплатное при социалистическом способе производства (экономический персонализм) должны решить собственники-совладельцы, так как теперь общественные фонды формируются здесь из отчислений от прибыли каждого. Пойдут ли на это собственники-совладельцы? Полагаю, что пойдут. И главное, что ценно. Если ранее в СССР говорилось – ВО какое у нас государство: бесплатные образование, медицина, дешевое жилье, коммунальные услуги и т.п. И все это приписывалось в заслуги государства, а тот, кто оплачивал все это не упоминался, то в экономическом персонализме ясно кому должны быть благодарны люди за все это бесплатное. В результате значимость человека труда в обществе поднимается, он становится личностью, а не винтиком по выражению Сталина в государстве.
    Автор этой статьи о концепции социализма XXI века верно утверждает, что при социализме не может быть любой эксплуатации, но он все же стоит за первенство государства, где общественная собственность ассоциируется с государственной, что и приводит к эксплуатации теперь уже не отдельным капиталистом, как субъекта собственности, а государством. Им не понимается, что для того чтобы уничтожить эксплуатацию следует сделать каждого субъектом собственности, ибо присваивает только тот, кто собственник, кто владеет (управляет, распоряжается, использует) объектом собственности. Иначе нельзя объяснить того, что он (В.Л Скерис), приводя определения социализма «В.С. Петрухин именует социализм некой «общественной персонализированной системой», а обладание работниками долей в общественной собственности и посредством этого их участие в прибыли является, по его мнению, главным отличительным признаком социализма», не понимает этого. Подтверждением тому его утверждение после приведенной цитаты, что «Фактически же эти толкования социализма ставят марксизм с ног на голову…»
    Высказав несколько верных посылов во второй части об удовлетворении потребности граждан в товарах первой необходимости, заканчивает свою работу В.Л Скерис следующим утверждением: «Исходя из изложенного, в целом же можно заключить, что до тех пор, пока коммунисты будут придерживаться советской трактовки социализма, предавать забвению его гораздо более совершенные современные концепции или брать на вооружение некорректные, далекие от духа марксизма его интерпретации, их борьба за доверие масс и социализм будет оставаться столь же бесплодной и бесперспективной, как и до сих пор». С первой частью этого заключения соглашаюсь полностью, а вот во второй части В.Л Скерис за деревьями леса не видит, от того, что им не понят экономический персонализм В.С. Петрухина. И главное непонимание заключается в непонимании социалистического отношения собственности, социалистического присвоения результатов собственного труда, сущности эксплуатации.
    В целом работа заслуживает внимания в части близкого к пониманию того, что в СССР мы строили все же не социализм. Но, к сожалению, автор статьи не увидел в экономическом персонализме прорывного понимания, а что же такое социализм. Им не осознано, что социализм не для партии, не для государства, а для всех и каждого в одно и то же время.

    Н. Миляев, 12.02.2015, г. Ефремов, Тульской обл.

    Нравится

  4. Юрий Абросимов | Ответить

    А что здесь обсуждать?
    Это все ложь, п…..еж и провокация наймитов российского олигархического Капитала……..
    Но Миляеву…очень по душе…..только сокрушается Миляев, что Скерис тоже не признает петрухинского персонализма……
    Ай, яй, яй…..как же так……петрухинские марионетки в шоке, их концепция олигархату не нужна…..ну, а пролетариату — тем более…..

    Ю. Абросимов, ВКП(б)

    Нравится

    1. Что то у вас не в порядке: «…олигарху не нужна…ну, а пролетариату — тем более…», вдумайтесь, что Вы здесь написали…

      Нравится

      1. Юрий Абросимов | Ответить

        Вдумался…..все правильно……шизофренические выдумки воспаленного мозжечка Петрухина…..никому не нужны…..

        Ю. Абросимов, ВКП(б)

        Нравится

  5. Макаренковец | Ответить

    Предлагаю точку зрения на рассматриваемую проблему Ташура Тасвунина, рассматриваемая в газете Советская Россия от 26.01.15, Ре Левый поворот https://e.mail.ru/attaches-viewer/?id=14237786140000000485&offset=0;1

    Нравится

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: